…День на день не приходится. Еще вчера была так светла и прозрачна вода в реке, радуя многочисленных купальщиков и рыболовов. А сегодня, словно,.ошалелый, несется между берегами мутный, неприветливый поток, увлекая в стремительном беге сучья, ветки, грязно-желтые сгустки пены… Днипро ясноглазый, ты ли это — чистейшая из рек?!

— Каламуть,— щуря глаза от яркого солнца, пробурчит вислоусый дед в широкополой соломенной шляпе, опекающий на речном откосе стадо палевых, разомлевших от зноя коров.— Каламуть, хай ий бис!

Совершенно точно — каламуть. Значит, где-то выше по Днепру, за могилой Тараса, за раскинувшимся в садах Каневом, над которым с вечера еще погуливали сизобрюхие тучи, прошумел грозовой дождь,расквасил глину на днепровских кручах и тысячами ручьев обрушил в реку бурую маслянистую жижу.

…Ну и что же? Пусть денек-другой отдохнут заветные местечки, «поднакопится» в них рыбка. Брать на удочку сейчас рыба все равно не будет. Бесцельно купать червяков в днепровской воде, пока она не отстоится…

— А ну, хлопцы, айда в тыш!

«Тыш» означает — покой, тишина. Это одна из стариц, разбросанных невдалеке от Днепра,— озерко, отшнуровавшееся от реки, заросшее по плоским берегам густым тальником, молодыми дубками, усеянное кремовыми чашечками водяных лилий. Здесь нет ветра, сюда не добираются ручьи с возвышенностей. Меж белых тонких песков лежит тыш. И вода в нем всегда чистая.

Рыбы в озерке много — коренной, живущей здесь годами и оставшейся после весеннего захода из реки.

Очень интересна такая летняя рыбалка,только уж очень одолевает мелочь!

Еще бежит рябь от закинутого на воду поплавка, а его уже тянут вниз либо в сторону… Тяп, тяп, тяп! — какая-то не очень уверенная поклевка… Не ошибемся — это она, жуликоватая юркая плотвичка. Или вдруг скроется из глаз поплавок и будто ошпаренный немедленно выскочит обратно. Можете не беспокоиться — рыбы на крючке нет. Впрочем, и червяка тоже. Такие фокусы выделывает мелкая густерка. А вот кто-то очень бойко, «на рысях» потащил к травке вашу снасть. Ручаюсь — это полосатый взъерошенный окунишка. Между прочим, тоже не из гигантов — еле-еле одолел червяка…

Но есть в тыше и свои сюрпризы.

— Дывысь, дывысь! — неожиданно раздается торжествующий крик.

Стриженый, кареглазый, с облупленными кромочками больших ушей хлопчик зажал в руках только что вытащенную ладную золотистую рыбку… Нет, извините, это уже не мелочь! Это уже нечто достойное внимания!

Народ окружает счастливца. Только и раздается вокруг: «Дывысь, дывысь!» Подхожу и я… Что это, язь? Нет, язь потолще в спине и желтоглазый. А у этой глаз красный, точно у плотвы… Может, и самом деле плотва?.. Опять нет — у плотвы и чешуя крупнее, и плавники не такие яркие, и бока, пожалуй, поуже… Голавль? Вот уж совсем не похоже — тот широкоротый, темногубый. А у нашей ротик маленький, аккуратный, а губы словно вымазаны яичным желтком.

Ах, до чего красивая рыбка! То замерцают серебром, то отольются золотом ее бока. И, думается, нет на палитре художника краски такой алой расцветки, какую мы видим на плавниках рыбы.

Эта нарядная рыба — красноперка.



Почему-то ни мне, ни моим друзьям никогда не удавалось сразу наловить много красноперок, как, например, плотвы, окуньков, пескарей или ершей — рыб отчаянной жизни. Попадется одна, две, три штучки, и все. Мы даже так и говорили: «Хорошенького понемножку!»

Красноперку редко поймаешь на течении: гораздо чаще она встречается в озере, пруду, речном заливе. А в книге Л. П. Сабанеева описываются исчезнувшие обитатели прудов Подмосковья — красноперка, достигавшая двух килограммов веса. Там же упоминается о красноперках с красной чешуей, удивлявших необычностью окраски наших дедов и прадедов. Недаром за пышную, эффектную внешность такие рыбы носили название «князьков»…

После того как я более подробно исследовал богатства днепровских тышей, мне приходилось вытаскивать красноперок, еле умещавшихся на доброй сковородке. Ловил я их на очень мелких местах, забредая по щиколотку в воду и закидывая самого что ни на есть бойкого навозного червяка в маленькое окошко между листьями рдестов и водяного лютика. И, хотя через это оконце я отлично различал и червяка и каждую соринку на янтарном дне,мне никогда не удавалось проследить, когда рыба появится и схватит лакомую приманку.

Внимательно наблюдая за крошечным поплавком под которым извивался отборнейший из червяков, я даже ни разу не заметил мелькнувшей рыбьей тени. Ни разу! И только тогда обна руживалось, что червяк схвачен, когда уже расходились круги от внезапно исчезнувшего поплавка да раскачивались потревоженные стрелолисты. Честное слово, можно было думать, что красноперка, в свою очередь, наблюдала за рыбаком из-за какого-то укрытия и бросалась на приманку в тот кратчайший миг когда он отвлекался, чтобы звонко шлепнуть впившегося в шею серого монашка-дождёвку или зеленоглазого слюдокрылого слепня.

Так я установил, что красноперку, рыбу бойкую и осторожную, можно удачно ловить летом на мелких прогретых местах, чуть ли не у собственных ног.

Читайте также

P.S. Как вам статья? Советую Подписаться на обновления блога по Email, чтобы не пропустить новые интересные материалы!

Опубликовано: Октябрь 11th, 2012. Рубрики: Рыбьи дорожки
Оставить комментарий
Комментарий